Архиепископ Дамиан (Воскресенский Дмитрий Григорьевич)

Архиепископ Дамиан (Воскресенский)

Архиепископ Дамиан (Воскресенский)

память 21 октября / 3 ноября

Дмитрий Григорьевич Воскресенский родился 21 октября 1873 г. в с. Брусовое Фатежского уезда Курской губернии в семье приходского священника. Как большинство сыновей священнослужителей, Дмитрий получил духовное образование: он окончил Курское Духовное училище, а в 1894 г. Курскую Духовную семинарию. В 1894-1895 гг. был назначен псаломщиком к церкви села Николаевка Путивльского уезда Курской губернии, а в 1895-1897 гг. исполнял обязанности надзирателя и учителя чистописания и черчения в Старооскольском Духовном училище.

В 1896 году Дмитрий Григорьевич Воскресенский женился. 6 января 1897 года епископ Курский и Белгородский Ювеналий (Половцев) в Спасо-Преображенском соборе г. Путивля рукоположил его во иерея.

Священнический крест был не понаслышке знаком отцу Димитрию – с рождения перед его глазами был пример жертвенного служения отца-священника. Вступив на ту же стезю, 23-летний Дмитрий искренним усердием к служению Богу и людям вскоре заслужил расположение своей паствы.

Но пути Господни неисповедимы. Иерею Димитрию Воскресенскому был уготован еще больший крест – спустя несколько лет (около 1900 г.) он лишился своей спутницы жизни, единомысленной подруги, поддерживающей его на жизненном пастырском пути. На руках вдовца осталось два малолетних сына – Адриан (1895 г.р.) и Михаил (р. 27 декабря 1897 г.). Заботу о них взяла на себя старшая сестра отца Димитрия. С Божией помощью мальчиков удалось воспитать в вере и благочестии, дать им духовное и светское образование. Младший сын Михаил впоследствии повторил путь отца – стал священником, принял монашество и получил сан архиепископа.

В 1901 г. священник Дмитрий Воскресенский поступил в Санкт-Петербургскую Духовную академию, которую закончил в 1905 г. со степенью кандидата богословия, одновременно получив образование в Санкт-Петербургском археологическом институте.

Еще во время обучения он вступил на монашеский путь: 27 ноября 1904 г. с именем Дамиан вдовствующего отца Димитрия Вокресенского постриг в мантию Ректор Духовной Академии епископ Ямбургский Сергий (Страгородский), будущий Патриарх Московский и всея Руси.

В 1904-1905 годы иеромонах Дамиан состоял благочинным академического духовенства и одновременно исполнял обязанности священника церкви во имя св. блгв. Александра Невского при Академии Генерального штаба, замещая её настоятеля протопресвитера Георгия Шавельского, убывшего на фронт Русско-японской войны.

Имея высшее духовное и светское образование, после окончания Академии отец Дамиан приложил немало сил для подготовки и воспитания будущих пастырей и служителей Церкви. В 1905-1907 гг. он преподавал гомилетику в Смоленской Духовной семинарии. Затем в 1907-1908 гг. был назначен Священным Синодом заведывать Старооскольским Духовным училищем в должности его смотрителя; в 1908 году переведен смотрителем в Обоянское Духовное училище.

Проявивший себя хорошим администратором в управлении Духовными училищами, 28 июля 1911 г. отец Дамиан был возведён в сан архимандрита и назначен ректором Смоленской Духовной семинарии.

В тех же учебных заведениях, где преподавал отец Дамиан, получали образование и его сыновья, жившие при отце.

Во время преподательской деятельности иеромонах Дамиан подготовил несколько публикаций, исследуя различные темы церковной науки и актуальные практические вопросы: «Недостатки русской иконописи и средства к их устранению»; «Св. Иоасаф, епископ Белгородский»; «Русское православие и западные исповедания в богослужении и обрядах» и другие. [1]

Особенным духовным торжеством и благодатным подкреплением на пастырском пути стало в жизни священномученика Дамиана участие в обретении мощей вновь прославленных Святых Русской Церкви: в 1911 году – святителя Иоасафа Белгородского, в 1913 году – священномученика Ермогена Московского, в 1914 году – святителя Питирима Тамбовского.

В смутное послереволюционное время отцу Дамиану предстояло вступить не еще более высокий путь служения Церкви в сане епископа.

В апреле 1918 г. было учреждено Переславское викарство Владимирской епархии. 29 апреля того же года архимандрит Дамиан (Воскресенский) был назначен возглавлять новую кафедру.

12 мая в городе Владимире состоялось его рукоположение во епископа Переславского. Это была первая архиерейская хиротония, совершённая по благословению Патриарха Святителя Тихона (Беллавина). Местом пребывания Епископа Дамиана в городе Переславле-Залесском стал Троицкий Данилов мужской монастырь, обязанности настоятеля которого он исполнял.

Но кампания по вскрытию Святых мощей, которая сопровождалась многочисленными случаями нарушений прав верующих, голод и изъятие церковных ценностей… – столкновения были неизбежны, подготавливались репрессии в отношении Церкви, духовенства и верующих. «Декрет об отделении церкви и государства и школы от церкви» 1918 г., имевший конституционное, основополагающее значение, устанавливал светский характер государственной власти, свободу совести и вероисповедания. Всё имущество существующих в России церковных и религиозных обществ было объявлено народным достоянием и началась всесторонняя антирелигиозная кампания, а с 1922 г. – борьба с Церковью как с «внутренним очагом контрреволюции». Особенно тяжёлыми для Церкви были 20-30-е годы, когда Советское государство сделало всё, чтобы уничтожить Русскую Православную Церковь. Конфликт был предопределён воинствующим атеизмом, который декларировала новая власть.

6 октября 1920 г. Владимирским губернским Ревтрибуналом Переславский архипастырь был приговорён к тюремному заключению. На страницах александровской газеты «Голос труда» за 1920 год был опубликован его приговор: «Обвиняемого епископа Домиана за хранение и произнесение проповедей с явно контр-революционным содержанием, а главным образом за открыто выраженное настроение против рабочее крестьянской власти – подвергнуть лишению свободы с заключением в тюрьме на все время гражданской войны.

К обвиняемому Домиану применить самый суровый карательный режим и обязательные принудительные работы в стенах тюрьмы. Запретить всякие свидания и пусть этот упитанный пастырь в труде познает правду, ибо карательная система в отношении его отнюдь не может применить каких бы то ни было воспитательных приемов».

В тюремной анкете того времени сохранилось описание внешности Владыки: «Рост - выше среднего, крепкого телосложения, широкий лоб, нос большой, глаза голубые, волосы и борода - темно-русые, лицо крупное, чистое, походка степенная».

В заключении Владыка находился во Владимирской тюрьме. Его сыновья Адриан и Михаил делали всё возможное, чтобы отца освободили. Их старания были не напрасны: 4 июля 1921 г. предписанием ВЦИК бессрочное заключение было заменено на три года лишения свободы. 13 января 1922 г. Епископ Дамиан был амнистирован и досрочно освобождён.

Вернувшись в Переславль-Залесский Данилов монастырь, Владыка Дамиан выразил протест в связи с изъятием церковных ценностей из монастырей и приходских церквей. Пытаясь остановить ограбление церкви, проводимое якобы для сбора средств пострадавшим от голода, Владыка в середине февраля 1922 г. обратился с воззванием к жителям Переславского и Александровского края. В нём он призывал их, получивших по милости Божией, в настоящем году богатый урожай, еженедельно жертвовать в пользу голодающих посильные сбережения, неся их в храмы. Описывая ужасы голода в Поволжье, и напоминая, что это общественное бедствие, по учению Церкви, Господь посылает за грехи народа для его вразумления, Святитель Дамиан увещевает свою паству осознать свои грехи и не ослабевать в своем усердии, помня, что рука дающего не оскудеет.

В это время безбожная советская власть, используя властолюбие и корыстолюбие недостойных представителей белого духовенства, создала раскольническую «Живую церковь». Антирелигиозные агитаторы признавались, что «раскол в Церкви выгоден рабоче-крестьянской власти», что они использвуют «разногласицу среди духовенства только для того, чтобы увести народ от всякой религии». Поддерживая обновленческое движение, власти стремились «разрушить Церковь руками самих же попов». Главной мишенью обновленцев стал Патриарх Тихон. «Лояльное духовенство» было необходимо властям и для повышения своего чрезвычайно низкого престижа среди цивилизованных стран, для приобретения международного авторитета. Тиражируя верноподданнические заявления обновленцев, журнал «Безбожник» утверждал: «Отныне никто не смеет сказать, что советская власть является гонительницей Церкви, гонительницей религии». Власти требовали от Церкви всё больших жертв и уступок.

В июне 1922 г. вслед за Митрополитом Сергием (Страгородским) Епископ Дамиан формально признал обновленческое Высшее церковное управление (ВЦУ). По его словам, он «шёл за Сергием в порядке иерархического подчинения и личного доверия к нему»[2], соглашаясь с ограничениями, поставленными Митрополитом Сергием условием своего признания ВЦУ. Обращённые к нему распоряжения ВЦУ по церковно-административным вопросам Владыка Дамиан игнорировал, не скрывал своего мнения, что с программой «Живой церкви» православное сознание мириться не может. В церквях Переславля-Залесского и Александрова продолжалось поминовение во время богослужений имени Патриарха Тихона, что вызывало доносы на владыку местных священников-обновленцев. Характерный случай, произошедший в то время, и показывающий дерзость «красных попов», как их называл народ – обновленцев, и смирение Епископа Дамиана, описал священномученик протоиерей Евгений Елховский в своих воспоминаниях: «…Когда перед обедом, как водится обычай в монастырях и везде при владыках, наш владыка Дамиан попросил отца Алексия прочитать «Отче наш», то последний на это ему грубо ответил: «Я у Вас не псаломщик, - читайте сами», - и владыка прочитал».

Противодействие Владыки обновленцам не осталось без последствий: 2 ноября 1922 года постановлением обновленческого ВЦУ он был уволен на покой с назначением местожительства в Ташкенте. В это же время прекратил церковное общение с деятелями «новой демократической церкви» и митрополит Владимирский Сергий. Последовали доносы обновленцев на неугодного им Епископа Дамиана в ГПУ.

5 декабря 1922 г. Епископ Дамиан (Воскресенский) был арестован Владимирским отделом ГПУ по обвинению в сопротивлении изъятию церковного имущества, в «будировании масс на религиозной почве», но фактически – за противодействие обновленческому движению. В ходе следствия виновным себя Владыка не признал. В предъявленном ему обвинительном заключении говорилось: «Воскресенский, будучи не согласным с происходящими в церковной жизни событиями и не соглашаясь с проблемами реформ, отвечающими современному Советскому строю, вёл тайную агитацию среди народных масс, натравливая последних на лиц обновленческого церковного направления». Было признано, что он «ярый реакционный элемент», «сторонник Тихона», «является человеком социально опасным, а потому, в интересах советской власти означенного Воскресенского... необходимо изолировать».

23 февраля 1923 года Комиссией НКВД по административным высылкам Епископ Дамиан был приговорён к двум годам ссылки, которую отбывал в Туркестане в посёлке Теджен (ныне город в Туркмении). Ссылку с Владыкой разделил сын Михаил, устроившийся на работу в Теджене.

После отбытия срока Епископ Дамиан вернулся на свою кафедру. Вскоре после кончины Святителя Тихона 12 апреля 1925 г. он подписал акт о передаче высшей церковной власти в соответствии с завещанием почившего Патриарха митрополиту Крутицкому Петру (Полянскому).

С 1925 г. до мая 1927 г. Владыка жил в г. Александрове доме № 50 на ул. Ленина, и был внесён в списки лишённых избирательных прав как «Дамиан Воскресенский, правящий епископ».[3] В ноябре 1925 г. он был назначен временно управляющим Владимирской епархией.

В условиях, когда нормальная жизнь Церкви была нарушена внешними трудными обстоятельствами и внутренними смутами, одним из самых трудных вопросов стал вопрос о преемстве церковной власти. После ареста Местоблюстителя Патриаршего Престола митрополита Петра (Полянского) с 10 декабря 1925 г. в звании его Заместителя Русскую Православную Церковь возглавил митрополит Сергий (Страгородский). Законность его главенства не все церковные иерархи смогли принять, и это стало почвой для новых расколов в Церкви. 22 декабря 1925 г. в Московском Донском монастыре Епископ Дамиан участвовал в собрании архиереев, возглавляемом Свердловским Архиепископом Григорием (Яцковским). Не зная о принятии Нижегородским Митрополитом Сергием (Страгородским) на себя временного исполнения обязанностей Патриаршего Местоблюстителя, Владыка Дамиан вошёл в состав Временного высшего церковного совета (ВВЦС), тем самым невольно став одним из инициаторов григорианского раскола. Вместе с другими восемью архиереями он подписал выработанный на совещании Наказ. 2 января 1926 г. ВВЦС был легализован властями, получив регистрацию. Вместе с Архиепископами Григорием и Константином Епископ Дамиан подписал письмо к Митрополиту Петру с просьбой утвердить и благословить вновь организованный ВВЦС, дав свою резолюцию.

Получив резолюцию Митрополита Петра, 23 января 1926 г. Владыка Дамиан вместе с другими делегатами посетил в Нижнем Новгороде Митрополита Сергия. Тот ознакомил его с завещательным распоряжением Местоблюстителя Крутицкого Митрополита Петра (Полянского) о передаче ему своих полномочий в случае ареста.

В связи с этим Епископ Дамиан призвал членов ВВЦС признать Митрополита Сергия канонически законным временно исполняющим обязанности Местоблюстителя, чтобы предотвратить раскол среди иерархов Церкви. Однако они не отказались от своих претензий на высшую церковную власть, и 29 января Митрополит Сергий запретил в служении архиереев, вошедших в состав ВВЦС, в том числе и Епископа Дамиана.

2 февраля 1926 г. Владыка Дамиан вышел из состава ВВЦС, принеся покаяние, и был принят в лоно Русской Православной Церкви в сущем сане. В дальнейшем он прямо называл «григорианцев», как и «обновленцев», раскольничьим движением, поддерживаемым властями для разрушения единства Церкви.

Назначенный с февраля 1926 г. временно управляющим Владимирской епархией, Владыка Дамиан не мог поехать во Владимир и оставался жить до мая 1927 года в Александрове, так как гражданские власти не допускали правящего Архиерея к месту служения, что было нередким явлением в стране.

В мае 1927 г. Владыка Дамиан получил сан Архиепископа и был назначен управляющим Полтавской и Переяславской епархией и временно - Днепропетровской. С 25 апреля 1928 г. его перевели на Курскую кафедру. По словам Владыки, причиной этого перемещения стали его разногласия с другими украинскими архиереями на состоявшемся в Киеве собрании епископов по вопросу о поминовении имени Патриаршего Местоблюстителя Митрополита Петра и возникавших в связи с этим вопросах об автономии Украинской Церкви.[4]

В 1929 г. Архиепископ Дамиан призывался на летнюю сессию Священного Синода. С 1930 г. в связи с проведением коллективизации в епархии усилились репрессии против духовенства. В сельских благочиниях органами ОГПУ систематически арестовывались все благочинные, назначаемые Владыкой Дамианом. В связи с этим он отказался от новых назначений и предложил сельскому духовенству обращаться непосредственно к архиерею. Ежедневно Архиепископ принимал у себя около 10-ти священнослужителей и мирян, разбирал их жалобы о притеснениях со стороны властей. Имея сострадательное сердце, Владыка оказывал материальную помощь ссыльному духовенству.

В родном ему городе Курске архиепископ Курский и Обоянский Дамиан пережил еще два ареста – в феврале 1930-го г., на короткое время, по делу «Плетневской контрреволюционной монархической организации церковников», и 26 июля 1932 года - в связи с волной антиколхозных выступлений в Центрально-Чернозёмной области РСФСР. После последнего ареста Владыке уже не суждено было выйти на свободу.

В июне-июле 1932 г. в западных районах страны прошли массовые антиколхозные выступления[5] под лозунгами: «Отдайте землю и волю, и крестьянскую власть», «Советская власть нас ограбила, нам нужна власть без колхозов», «Долой колхозы, долой Советскую власть – власть бандитов, давайте царя». ОГПУ пришло к выводу, что «контрреволюционные массовые выступления» явились результатом «подготовительной деятельности контрреволюционной церковно-монархической организации «Ревнители церкви», возглавляемой архиепископом Дамианом». Вместе с Владыкой было арестовано три епископа (в том числе - Орловский Епископ Николай (Могилёвский), впоследствии митрополит Алма-Атинский), 127 священнослужителей, 106 монахов, монахинь, и мирян. Под стражей во время следствия Владыка находился в областной тюрьме города Воронежа. На допросах он не скрывал своих убеждений, обоснованно указывал, что «преследование духовенства является органической частью деятельности Советской власти».[6]

На следствии Владыка Дамиан показал, что «своей задачей во время управления Курской епархией ставил объединение в первую очередь вокруг священнослужителей, подчинённых мне, и вокруг отдельных верующих мирян, групп граждан, которые являлись бы глубоко верующими и способными защищать интересы Церкви; представляли бы из себя ячейки ревнителей Церкви для борьбы с всякими посягательствами на церковь и для проповеди православия. Поэтому я в своих индивидуальных беседах с некоторыми священнослужителями и верующими неоднократно подчеркивал, что в ячейках "Ревнителей церкви" должны лежать следующие обязанности. Во-первых, привлечь в их состав действительно глубоко верующих православных, во-вторых, не допускать никаких нападок на церковь, в-третьих, прославлять имя Божие молитвою и примером доброй жизни и, в-четвертых, быть наиболее усердным посетителем храмов и вербовать других к тому же».

26 декабря 1932 г. Архиепископ Дамиан (Воскресенский) был осуждён по статье 58-10, ч. 2, 11 УК РСФСР и постановлением Особого Совещания при коллегии ОГПУ приговорён к высшей мере наказания - расстрелу, который был заменён 10 годами исправительно-трудовых лагерей. Этапом Владыка был отправлен в Соловецкий лагерь особого назначения, где находился в командировке Фильтон.

Почти через 5 лет, осенью 1937 года, во время ужесточения репрессий, НКВД принял директиву об уничтожении остававшихся на Соловецких островах узников, и Архиепископа Дамиана перевели на тюремное содержание. Было заведено ещё одно следственное дело, материалами которого Владыке инкриминировалось, что он говорил другим заключённым, о том, что «сейчас у нас в России наблюдается полное бесправие, которого нигде никогда не было, но, в конце концов, истина Божия должна восторжествовать».

9 октября 1937 г. тройка при УНКВД по Ленинградской области приговорила Архиепископа Дамиана к высшей мере наказания - расстрелу. Вместе с большой группой заключенных он был доставлен в Карельский посёлок Медвежья Гора и 3 ноября 1937 г. расстрелян в лесном урочище Сандормох.

В 2000 году, на Освящённом Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви, проходившем в Москве 13-16 августа Архиепископ Курский Дамиан по представлению Курской епархии был канонизирован в Соборе Новомучеников и Исповедников Российских как священномученик. Память пострадавшего за веру и Церковь Архиерея особо чтится на его родине, в Курской епархии, где проводятся Дамиановские чтения.



[1] Недостатки русской иконописи и средства к их устранению. СПб., 1905; Св. Иоасаф, епископ Белгородский // Финляндский православный сборник, 1910; Русское православие и западные исповедания в богослужении и обрядах // Смоленские Епархиальные Ведомости. – . 1914. – № 1. – С. 3-9; № 2. – С. 25-34; № 3. – С. 57-68; № 4. С. – 95-102; № 5. – С. 133-138; № 6. – С. 163-169; № 7. – С. 193-205; Речь пред благодарственным молебствием 8 июня 1913 г. окончившим курс воспитанникам Смоленской Духовной Семинарии // Смоленские Епархиальные Ведомости. – 1913. – № 12. – С. 621-625; Религиозная революция: [Слова, сказанные в семинарской церкви в неделю 23-ю по Пятидесятнице] // Смоленские Епархиальные Ведомости. – 1917. – № 25. - С. 161-165; Речь при наречении во епископа Переславского // Владимирские Епархиальные Ведомости. – 1918. – № 9. – С. 64.

[2] Архив УФСБ по Владимирской обл. Д. П-6401. Л. 198 об.

[3] ГАВО ф. Р-322, оп. 1, ед. хр. 107 и 148.

[4] Архив УФСБ по Курской обл. Д. П-11015. Т. 1. Л. 496 об.

[5] По данным ОГПУ, в них участвовало до 63-х тысяч человек.

[6] Архив УФСБ по Владимирской обл. Д. П-6401. Л. 221 об.